Успешный бизнес автоконцерна Lamborghini - компания пересмотрела свой модельный ряд

«Прототипы, созданные индонезийской фирмой, так и остались единственными в мире. И шасси, и линии кузова сильно отличаются от традиционного сти­ля Ламборгини.

Это должно было стать предзнаменованием нового образа компании, но Audi решила прервать производство, придумав для Lamborghini другое будущее. Так в 2001 году появилась знаме­нитая модель Murcielago». Даже перед тем как покинуть бизнес, Ферруччио продолжал экспериментировать, создав в се­редине 1980-х вездеход LM002, от­даленно напоминающий Hummer. «Заказ с американской стороны - автомобиль, который сможет ездить и по пустыне, - взды­хает Кьяра. - В Италии про­давался плохо, но его охотно покупали на американском рынке». В 1990-м появилась по­следняя машина Ферруччио - легендарная Diablo. «А девять лет спустя на Франкфуртском авто­салоне версия Diablo GT, постро­енная полностью из легчайшего карбона, стала самой быстрой машиной в мире. Максималь­ная скорость - 340 км/ч. Это был большой успех», - с гордостью рас­сказывает Кьяра, в то время как мы покидаем тишину музея ради гула сборочного цеха Lamborghini.

Философия Ферруччио оста­лась неизменной: легкость - ключ к успеху, а от авто Ламборгини должно сносить крышу. Поэтому скончав­шийся в 1993 году бизнесмен Ламборгини наверняка одобри­тельно ухмыльнулся бы, глядя на то, как его машина обгоняет на трассе Ferrari. «Вся линия цеха напоминает букву U - это 23 станции и аллея, как мы ее называем, посереди­не. Каждый день здесь собирают от 6 до 7 машин. На один экзем­пляр уходит 24 часа от начала до конца, - голос моего гида то­нет в механическом шуме. - Как и раньше, весь процесс сборки проходит вручную, никаких ро­ботов или чего-то в этом духе. Когда все части машины собраны воедино, она отправляется на по­следний пункт - установку кресел и колес. Для каждой отдельной детали - своя логистика: коробки передач приходят с Volkswagen, но все остальные материалы - исключительно Lamborghini». Стереотип о ленивых ита­льянцах разбивается вдребезги: рабочий день здесь длится 8 ча­сов, и начинается он ровно в 8.35. А в конце сборочной «дуги» стоит большой циферблат: к определен­ному часу автомобиль должен быть полностью собран. Несложные рас­четы показывают - собираемая ма­шина продвигается по цеху пример­но на десять метров в час. «После сборки каждую Lamborghini ожи­дает множество тестов и проверка подвески, электроники, фар и даже клаксона. А потом самое главное - мы тестируем ее на дорогах Сант- Агаты. У нас нет специального те­стового полигона для выпущенных моделей. Только на дороге». Вокруг автомобильных кар­касов ходят женщины с шуру­повертами за поясом.

 Примерно такую же картину можно встре­тить почти на всех итальянских автозаводах премиум-класса: руководители компаний верят, что представительницы пре­красного пола более вниматель­ны и аккуратны. Я спрашиваю Кьяру о скидках на машины для рабочих. «Все они могут купить эти машины с 17%-ной скидкой. Причем не только Lamborghini, но и всей группы Volkswagen и Audi». То есть сошедший с конвейера Galliardo обойдется со­труднику компании почти на 50 тысяч евро дешевле. Мы подходим к последней станции сборки. На огромном циферблате 11.05, и очередная Lamborghini вот-вот возвестит рыком о своем рождении. Я думаю о том, сколько всего успел сделать Ламборгини первым, и сколько - вроде полицейского суперкара с веб-камерой, аптечкой и дефи­бриллятором внутри - сделано уже после него. О том, как неопытный инженер создал символ роскоши на все времена. Вокруг - постоянный писк электронных систем и рабочие, кажется, уставшие от производ­ства автомобильных арт-трендов.

 

Источник: autocenter-rost.ru